Национальная детская библиотека Республики Коми им. С.Я. Маршака в рубрике «Ас олӧмысь. Детство писателей» знакомит читателей с детством писательницы Ларисы Кальматкиной.

Лариса Кальматкина родилась 20 апреля 1972 года в селе Гагшор Сысольского района. О своём детстве автор рассказала читателям детского литературно-художественного журнала на коми языке «Би кинь» (Искорка).

Я родилась в апреле в селе Гагшор, что находится на берегу реки Сысолы. Я, конечно, не помню, кто первым взял меня на руки и что сказал, как ласково смотрела на меня мама, как радовался папа, какими счастливыми стали мои бабушка и дедушка. Почему-то такие воспоминания не остаются у нас в памяти. Мало что помню о тех временах, когда я научилась держать ложку, сделала первый шаг и сказала первое слово. Но я точно знаю, что я была тогда очень и очень счастливой, ведь вся жизнь крутилась вокруг меня.

Ну а самое первое воспоминание у меня вот какое. Мне было годика три. Мы сидели в детском саду на скамейке и ждали воспитательницу. Она куда-то отошла от нас. Вдруг дверь открылась и в группу зашёл… волк! Большой такой, со страшной злой мордой и чёрной шерстью. Он зарычал и бросился на нас. Многие от страха как завизжали! Кинулись кто куда: под столы, за шкаф. А я сидела как истукан на месте и ни слова не могла выговорить, ни пискнуть: язык как будто прилип к нёбу. Смотрела на него с широко раскрытыми от страха глазами, а он в ответ глядел на меня.

Затем волк подошёл ко мне и снял маску – а оттуда показалось лицо человека. Это был Коля, мальчик старше нас. Он пришёл в садик за своим младшим братом Вовой и решил таким образом пошутить.

Ещё помню, как мы с бабушкой ходили в магазин. Как же мне нравилось, когда она покупала всякие вкусняшки! Раньше растительное масло, сметану, сгущённое молоко и сухое молоко тарили в бидоны, которые люди приносили с собой. Сухое молоко я не разбавляла водой, ела его маленькими ложками. Смесь прилипала к нёбу, но, как мне казалось, так было намного вкусней.

Я любила персиковый компот. Его продавали в трёхлитровых банках. Он стоил дорого, но бабушкане жалела пенсии и иногда покупала его. Когда я ела, сок персика тёк по подбородку, по рукам. Я облизывала руки, чтоб ни одна капелька сладкого компота не пропала зря. Вкусняшки из детства часто вспоминаю, но почему-то сейчас лакомств с такими вкусами нет. Казалось, раньше еда была немного другой.

В маленьких деревнях знают всех по именам. Идёшь по улице, а тебя по имени окликают – здороваются с тобой. В каждом дворе есть животные: кошки, собаки, коровы и телята, козы, овцы, свиньи. Так мы в детстве даже клички всех животных в округе знали! С собаками ходили на речку купаться, а овец и коз выводили по утрам на пастбище.

Вокруг села раскинулись широкие луга, огромные поля, богатые ягодами и грибами леса. Меня сызмальства брали собирать ягоды, сгребать сено на покосе, сажать картофель и убирать урожай. В селе работы хватает. Но я всегда утверждаю, что моё детство было счастливым и весёлым. Когда вспоминаю его, то перед глазами встаёт моя деревенька, съёжившаяся под солнышком, текущая вдалеке широкая Сысола, пасущиеся на лугу коровы. Где-то кричит петух, лает собака. Воздух чист и свеж, дует ласковый ветерок. Небо синее-синее. Если подняться на высокий холм, то увидишь бескрайний лес. Я всегда задумывалась, что же там за пармой? Как там живут люди, чем занимаются?

В детстве мы почти не заходили домой. А что было делать дома? Чёрно-белый телевизор работал плохо, сотовых телефонов и компьютеров тогда ещё не было. В свободное время ходили в библиотеку. Книги я носила целыми сумками. Прочту всё и отношу обратно. Как будто в магазин ходила за вкусняшками. Книга ведь тоже своего рода лакомство, но только для головы, для мозга. Без неё жить скучно.

Так я читала, читала и сама стала сочинять тексты. Сначала у меня получались стихи, затем появились сказки и рассказы. А когда я повзрослела, то написала повесть и пьесы.

Источник:

Би кинь. – 2026. – №3. С.2-3. : фот.

Перевод Любови Плеховой