Национальная детская библиотека Республики Коми им. С.Я. Маршака продолжает рубрику «Ас олӧмысь. Детство писателей». В этом выпуске мы рассказываем о детских годах коми писателя, журналиста и переводчика Ивана Ильича Белых (1946–2014).

Иван Ильич Белых появился на свет 23 сентября в деревне Ивадор Сыктывдинского района. Он воспитывался в многодетной крестьянской семье: его родители, Илья Сиверьянович и Анастасья Иосифовна, посвятили жизнь тяжёлому труду в колхозе, восстанавливая хозяйство после войны. Как признавался сам писатель, в те годы самым близким человеком для него была бабушка, так как отец и мать возвращались домой лишь поздно вечером.

Своими воспоминаниями о детстве Иван Белых поделился в нескольких рассказах, опубликованных в сборниках «Ӧзйы, бипурӧй менам» («Гори, мой костёр») и «Челядьдырся пароходъяс» («Пароходы детства»).

«Ас муысь, ас грездысь он ум» (Землёй своей, деревней родной не насытишься)

Третий класс я отучился в Сюлатуе, в Усть-Вымском районе. Там директором был муж моей тёти Агнии – Аркадий Михайлович. Летом они предложили мне поучиться в их деревне, и я, недолго думая, согласился, даже не представляя, что буду скучать по родному дому.

В Сюлатуй меня отвёз старший брат на пароходе. Сейчас это расстояние кажется смешным – на машине ехать меньше часа, а если залезть на крышу нашего дома в Палевицах, то деревню даже видно. Но тогда, в детстве, она казалась очень далёкой. Асфальта не было, поэтому добираться приходилось по реке, целую ночь на пароходе.

Первая неделя на новом месте прошла в попытках освоиться. Я сблизился с двоюродными братом и сестрой, нашёл общий язык с одноклассниками. Однако вскоре меня накрыла острая тоска по дому. Я постоянно представлял, чем сейчас заняты родные: отец, должно быть, трудится в амбаре, мама хлопочет по хозяйству, братья на уроках. Вечера в родном селе казались мне чем-то недосягаемым и прекрасным, и я чувствовал себя лишним в этом новом мире. По ночам мне снилась деревня, а днём я украдкой смотрел в ту сторону, где осталась моя семья, и не мог сдержать слёз. Никто вокруг не замечал моей боли, а мне казалось, что меня бросили на произвол судьбы, хотя я и понимал: близкие желали мне только добра.

Иллюстрация Ксении Шлоповой из книги Ивана Белых «Мӧдлапӧв», С.151.

Потребовалось около двух месяцев, чтобы я окончательно освоился в новой семье. Дядя с тётей относились ко мне очень тепло, даже ставили в пример своим детям, что, безусловно, помогало мне адаптироваться. Когда я привык к укладу их жизни, стало морально легче. Родные навещали меня пару раз за год, и после этих встреч тоска отступала до самой весны.

Однако с приходом тепла я потерял покой: начал вести отсчёт дней, мечтая о возвращении. Моему счастью не было предела, когда однажды утром я увидел отца, приплывшего за мной на пароходе. От радости к горлу подкатил ком.

Дома я чувствовал себя как на празднике: наперебой рассказывал друзьям – Валере, Мише и Толе – о деревенской жизни, хотя о своей глубокой печали по дому умолчал, боясь насмешек. Именно тогда я впервые осознал, как сильно человек привязан к родным местам и как много они значат для души.

«Вӧрса туй» (Лесная дорога)

Лесная тропа всегда куда-то ведёт, но в детстве я был уверен, что любая из них непременно приведёт меня к настоящему чуду.

Иллюстрация Ксении Шлоповой из книги Ивана Белых «Мӧдлапӧв», С.183.

Я мечтал, что дорога выведет к таинственному лесному озеру, где в тёмной воде скрываются диковинные рыбы, а берега облюбовали сказочные птицы. Мне грезилось, что в старой, поросшей мхом избушке я встречу седобородого старца. Он накормит меня наваристой ухой, а потом, под уютный треск костра, начнёт делиться своими удивительными историями и сказками.

Бывало, мечталось: а вдруг тропа выведет к топкому болоту, где под ногами зыбкая почва, а по осени вода окрашивается в багрянец от обилия клюквы и приходят на водопой лоси? Или забреду в глухую, забытую временем деревушку, где люди до сих пор живут по старинке: охотой, рыбалкой да лесными дарами. И там, среди этих простых и мудрых людей, я обрету верных друзей.

Конечно, это были лишь детские грёзы – в жизни чудеса случаются не так часто, как в сказках. Но в глубине души я верю: чудо существует, и оно ещё ждёт меня впереди.

Став взрослым, я не раз терялся в лесу – «голова кругом», как говорят. Но выход находился всегда. Думаю, дело в том, что родители с детства учили меня почитать парму-матушку. Они наказывали: входя в лес, поклонись, поздоровайся, пожелай ему процветания, и только потом проси о своём. А уходя – обязательно поблагодари за дары. Если относиться к лесу с уважением, он никогда не даст тебе сгинуть. Родители были правы, и этот завет я храню в сердце.

«Сiсь картупельысь сӧчӧн» (Лепёшки из гнилой картошки)

Как-то раз зашёл у нас с друзьями разговор о любимых детских лакомствах. Я признался, что для меня нет ничего вкуснее ржаной каши, и от одних воспоминаний о ней до сих пор текут слюнки. Каково же было моё удивление, когда выяснилось, что мои товарищи даже не знают, что это такое.

В памяти сразу всплывает картинка: праздничный день, мама замешивает в сковороде ржаную муку со сливочным маслом и ставит в печь томиться. Вскоре по всему дому разливался ни с чем не сравнимый аромат — верный признак того, что каша готова. Мама доставала сковороду, от которой исходил запах домашнего уюта и сытости, и, дождавшись, пока она немного остынет, звала нас: «Ну, детки, угощайтесь, сегодня праздник!». Мы не заставляли себя просить дважды: тишину нарушал лишь звон ложек, и через пару минут сковорода была пуста. Мы всегда просили добавки, но мама лишь улыбалась: «Потерпите, до следующего праздника». До сих пор этот вкус стоит у меня во рту, стоит только вспомнить те моменты.

Ещё одно детское воспоминание врезалось мне в память навсегда. Был весенний день, мы, мальчишки, допоздна заигрались у ручья и сильно проголодались. Один из друзей предложил зайти к нему перекусить: «Мама напекла лепёшек из гнилой картошки, это очень вкусно!» Я сначала засомневался, даже назвал его дураком, но любопытство взяло верх. В доме пахло чем-то необычным, но мы с таким аппетитом уплели эти лепёшки, что не оставили ни крошки.

Иллюстрация Ксении Шлоповой из книги Ивана Белых «Мӧдлапӧв», С.191.

Вернувшись домой, я с восторгом спросил бабушку Анисью, умеет ли она готовить такое лакомство. Она посмотрела на меня с грустью и ответила: «Гниль ищут в грязи от безысходности. У нас, слава богу, есть ячменная мука. Люди пекут такое не от хорошей жизни, а потому что весной запасы заканчиваются, а до нового урожая ещё далеко». Тогда я не придал значения её словам. Лишь спустя годы я осознал, что это были тяжёлые послевоенные времена. Люди собирали на полях подгнивший картофель, чтобы хоть как-то прокормиться и пережить голодную весну.

Больше рассказов с воспоминаниями Ивана Белых можно найти в книгах из фонда Национальной детской библиотеки Республики Коми им. С.Я. Маршака.

Перевод художественных текстов на русский язык Л.Н. Плеховой, библиотекаря 2 категории отдела краеведения и коми литературы ГБУ РК НДБ.

Источники:

• «Дом родной всего милее» = «Гортыд медся на муса» : литературная памятка к 65-летию со дня рождения Ивана Ильича Белых / сост. Л. З. Втюрина. – Сыктывкар: Национальная детская библиотека Республики Коми им. С. Я. Маршака, 2011. – 31 с.

• Белых И. И. Мöдлапöв : висьтъяс, олöм серпасъяс / Иван Белых ; худож. К. Шлопова. – Сыктывкар : Эскӧм, 2015. – 287 с. : цв. ил.

• Белых И. И. Ӧзйы, бипурӧй менам : рассказы, воспоминания, зарисовки / И. И. Белых. – Сыктывкар : Коми книжнӧй издательство, 1997. – 192 с.

• Белых И. И. Челядьдырся пароходъяс : рассказы / И. И. Белых ; худож. А. В. Мошев. – Сыктывкар : Эскӧм, 2001. – 222 с. : ил.

• Мартынов В.И. Литераторы Земли Коми : Биобилиографический словарь-справочник / В.И. Мартынов. – Сыктывкар : Эском, 2000. – 224 с. с.

• Сыктывдинская централизованная библиотечная система : официальный сайт. – URL: https://www.syktyvdincbs.ru/writers/11/?ysclid=muias6fpec334931573/ (дата обращения: 26.09.2026). – Текст : электронный.